Новая симметрия

Возможность военного вмешательства США во внутренний сирийский конфликт ставит перед мировой геополитикой две проблемы: локальное усиление местных исламистов и возможный затяжной военный конфликт на Ближнем Востоке.

Кроме того, Вашингтону в настоящее время уже придется учитывать значительную геостратегическую реакцию Ирана, России и Китая, особенно если американское вмешательство приведет к падению правительства в Дамаске. В дипломатии, как и в физике, каждое действие порождает противодействие. Любое участие США в сирийском конфликте вызовет ответную реакцию, и администрации Обаме придется учитывать возможные последствия.

По мнению американских аналитиков, Иран, Россия и Китай имеют глубокую заинтересованность в сохранении правительства Асада. Иран предоставляет официальному Дамаску финансовую и военную помощь, и помогает в организации вооруженного ополчения алавитов. Кроме того, Тегеран заинтересован в сохранении в будущем операционной базы на Средиземном море, что позволит ему открыть «второй фронт» в случае вооруженного конфликта с Западом. Для поддержания этой стратегии иранские власти также отправляют оружие своему союзнику – движению Хезболла в Ливане. Но не менее важен тот факт, что союз с Сирией укрепляет претензии Ирана в качестве лидера сопротивления против Израиля и главного защитника шиитов в мире. Убежденные, что Запад добивается их гибели, идеологические лидеры Ирана вряд ли спокойно примут падение Асада и, вероятно, станут еще более агрессивными. Вашингтон должен понять, что военная интервенция в Сирии может заморозить прогресс в переговорах по ядерной программе Ирана, росту дестабилизации в Ираке, увеличение иранского асимметричного противостояния, инициировать новые столкновения в Персидском заливе, и, возможно, даже послужит причиной интенсификации разработки ядерного оружия.

Китай и Россия тоже имеют идеологические и стратегические интересы в сохранении правительства Асада. Президент России Владимир Путин посвятил значительную часть своей внешней политики на предотвращение спонсируемой американцами силовой смены власти, а его последовательные выступления, от Косово до Ливии ясно дали понять, что время безраздельного господства США на «мировой шахматной доске» должны остаться в прошлом. Официальный Пекин выступает менее выразительно, но по замечаниям практически всех экспертов имеет тенденцию следовать за русскими инициативами по многим глобальным проблемам, отчасти потому, что он разделяет философию России по отношению к Соединенным Штатам: «если выиграете — мы потеряем». Кроме того, Китай и Россия, по-видимому, обоснованно опасаются, что Соединенные Штаты и их партнеры в конечном итоге используют успешные акции по силовой смене власти для создания прецедента для более широкого вмешательства в их внутренние дела, будь то Северный Кавказ, Тибет, или Синьцзян.

Однако, политический баланс в непосредственном окружении Сирии настолько склонился в пользу Соединенных Штатов и их друзей, что у Китая и России (или Ирана) существует немного возможностей, чтобы противостоять США напрямую. Но, опираясь на проверенные временем традиции мировой геополитики, Россия и Китай могут ассиметрично действовать в ущерб интересам США. Во-первых, при открытии или усиление текущего вмешательства, они могут заставить Запад заплатить за свержение Асада повышенную цену. Россия могла бы традиционно использовать продолжающуюся энергетическую зависимость Европы от России, усложнить планы НАТО, связанные с Афганистаном, тормозить различные инициативы США в мировой политике. Растущая экономическая, политическая и военная мощь Китая может проявиться в способности бросить вызов Соединенным Штатам на Корейском полуострове, в территориальных спорах с Японией и с государствами АСЕАН, и в торговых отношениях с союзниками США, такими как Австралия.

Россия и Китай также могли бы принять другую тактику, направленную на более открытый союз с Ираном и содействие антиамериканским эскападам Тегерана. Например, Китай может расширить закупки нефти в Иране, сводя на нет режим санкций, веденных по инициативе США. Россия может пересмотреть свое решение отказаться от поставок высокоэффективных средств ПВО в Иран, а в крайнем случае помочь Ирану в его военных приготовлениях или облегчить уклонение от санкций.

Россия и Китай могут наиболее сильно «насолить» США в области ядерных исследований Ирана, которые стоят в центре внимания США. Китай и Россия могли бы отказаться от своей традиционной оппозиции иранским ядерным исследованиям и блокировать поддерживаемые США санкции против Ирана в Международном агентстве по атомной энергии и Совете Безопасности ООН, прямо или путем препятствия международным переговорам. Объединив свои дипломатические усилия, Россия и Китай не позволят Вашингтону получить в случае необходимости международный мандат, который необходим для начала военных действий против Ирана. Может быть, отсутствие мандата ООН не удержит США от нападения на Иран, так же как неопределенная международная реакция не удержала США от удара по Ираку в 2003 году. Но времена изменились. США строит свою всю кампанию против Ирана на международной солидарности; потеря этой поддержки может подорвать и поддержку среди американской общественности, которая остается настороженно настроенной по отношению к новой войне через десять лет после «шока и трепета». И давайте внесем ясность: Иран, Китай, и Россия имеют гораздо больше стратегического, дипломатического и экономического влияния, чтобы противодействовать Соединенным Штатам, чем Ирак в 2003 году.

Но потенциал русского, китайского, иранского влияния, возможно, не удержит Вашингтон от военной операции в Сирии. Ближневосточная стабильность декларируется как ключевой интерес США, кроме того, Вашингтон достаточно четко обозначил возможные причины для вооруженного вмешательства – использование сирийским правительством химического оружия. Американские «ястребы», кроме того считают, что сохранение правительства Асада, и рост иранского влияния, возможно, даже спровоцирует Москву и Пекин на более жесткую политику в отношении Вашингтона.

Реалисты в США считают, что если Вашингтон все-таки выступит с позиции силы, американская администрация должна побудить Россию и Китай (возможно, даже Иран), действовать в кооперации с Америкой во время операции, а также в период хаоса после поражения режима. Такие эксперты думают, что Вашингтону необходимо делиться с Москвой и Пекином американским представлением о возможном будущем Сирии, в том числе, с возможностью сохранения контролируемой алавитами территории, которая будет напоминать на иракский Курдистан. Все, что мы может сделать Америка, чтобы убедить Россию и Китай — что американская система ценностей не будет распространяться на Сирию после Асада, но для этого в создании «нового порядка» на сирийской земле должны принимать участие и Москва и Пекин. Но такой сценарий будет в корне отличаться от всего, что практиковали Соединенные Штаты на международной арене ранее. Аналогичным образом, исходя из возможного вооруженного конфликта США, могут даже допустить определенное иранское влияние в Сирии, либо предложить Тегерану определенные уступки по переговорам по ядерной проблеме.

Соединенные Штаты уже, несомненно, ведут какие-то консультации с Москвой и Пекином, но остается открытым вопрос: с какой степенью ясности администрация Барака Обамы сообщила им о своей готовности идти на риск, расставила приоритеты в своих потребностях, согласилась на возможные уступки. Российское и китайское руководство и многие внешнеполитические эксперты в США считают, что Вашингтон должен избегать отношений, которые рождаются представлением, что мир находится все еще в 1989 году, что победа Запада неизбежна, и что результатом естественной эволюции государства обязательно должна стать стабильная демократия. Увы, это время прошло.

 

автор статьи — Сергей Серков

 
Статья прочитана 1422 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Последние Твитты

Комментарии

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

по адресу электронной почты: info@voennovosti.ru «ВОЕННОВОСТИ.РУ».
Продвижение сайта | Zolos