Голова в кустах

Традиционно, военная служба в умах обычных граждан связывается с повышенным риском. И если это утверждение совершенно справедливо для полномасштабных военных конфликтов, бушевавших в середине XX века, то последний опыт военных столкновений и развитая система статистического учета показывает, что утверждение о чрезвычайной опасности военной службы может быть поставлено под сомнение.

Современный вооруженный конфликт уже мало похож на эпические противостояния вооруженных сил с тотальной мобилизацией всех государственных и частных резервов Второй мировой войны. Даже во время мировой войны некоторые воюющие страны умудрялись производить ротацию боевых частей, не доводя их до степени полного разгрома, сохраняя тем самым подготовленные солдатские и офицерские кадры.

Современная война предполагает интенсивный подготовительный период, в котором грамотная совместная работа политиков и дипломатов, правильная организация военной подготовки должна обеспечить минимальный уровень собственных потерь при достижении максимальных политических результатов.

Кроме того, все вооруженные конфликты конца XX и начала XXI века в основном велись между противниками, качественно отличающимися друг от друга по уровню военной подготовки. За редким исключением боевые действия ведутся между высокоорганизованными профессиональными кадровыми вооруженными силами и иррегулярным ополчением. Исключение составляет, пожалуй, первая и вторая иракские компании, однако именно там мы можем оценить большую предварительную работу гражданских политиков и видимые результаты тайной работы спецслужб. Так, по имеющейся в СМИ информации, верхушка военного командования Ирака была просто на корню перекуплена американской разведкой, да и в гражданской войне в Ливии огромную роль сыграл пресловутый «золотой осел», который способен брать города не хуже моторизованных дивизий. Эксперты говорят, что даже для чиновника средней руки в Ливии «выбор демократии» означал увеличение счета примерно на миллион долларов и машину представительского класса в качестве приятного бонуса.

В Ираке, во время второй компании с 2003 года через командировки в зоны боевых действий прошло около полумиллиона военнослужащих армии США. При этом потери среди кадровых военных и призванных из резерва составили около 4,5 тысяч человек, что в общей сложности дает вероятность гибели в Ираке для американского солдата около 1 процента. Для сравнения можно заметить, что сопоставимый риск, связанный с выполнением профессиональных обязанностей в Соединенных Штатах имеется  у таких профессий как рыболовы, лесорубы или шахтеры. При этом уровень зарплат указанных профессиональных категорий в США примерно, с учетом всех льгот и компенсаций совпадает с заработной платой военнослужащих.

Даже за время многолетней афганской эпопеи Советская Армия командировала в эту страну одномоментно около ста тысяч военнослужащих. Потери ограниченного контингента составили 14 тысяч человек, что при частичном обновлении контингента раз в полугодие давал риск гибели также в районе 1 процента. Так, для сравнения в 2010 году только на российских дорогах погибло 28 тысяч человек, что значительно превышает потери советского контингента в Афганистане за десятилетие.

Отметим, что в случае перерастания локального конфликта в тотальный, наибольший риск гибели как раз выпадает на долю гражданского ополчения, призыва второй волны.

Однако, необходимо помнить, что за время активной службы военнослужащий может несколько раз командироваться в горячие точки, что значительно повышает вероятность возникновения трагического исхода.

Что же касается службы вне времени военного конфликта, то парадоксально, но факт – смертность в армии несколько ниже, чем в соответствующих половозрастных группах в гражданской жизни. Так, почти на миллионный состава российской армии в 2010 году было зафиксировано 478 смертей. По всей видимости, это связано с более жесткой регламентацией жизни военнослужащих, имеющимися ограничениями на употребления алкоголя и наркотических средств, регулярные медицинские обследования, регламентированный распорядок дня – то есть из-за таких вещей, введение которых в обыденную жизнь значительно повышает уровень здоровья социальных групп.

С другой стороны, помимо безвозвратных потерь на войне значительно повышается уровень заболеваний, да и ранения, которые не позволяют человеку активно вернуться в гражданскую жизнь тоже не стоит сбрасывать со счетов. Так за время афганской компании из 520 тысяч военнослужащих, пошедших через ОКСВА, ранения получили 53 тысячи человек, что вместе с 14 тысячью погибшими дает нам риск потери трудоспособности около 13%. При этом болезни коснулись почти 100% советского контингента в Афганистане. Всего зафиксировано 415 тысяч заболевших. Инвалидами остались после Афганистана чуть менее 12 тысяч человек.

Но, тем не менее, сухая статистика говорит нам, что самой опасной профессией, например, в Соединенных Штатах за последние десять лет стали рыбаки. Уровень смертности среди этой профессиональной категории составил 121 человек на 100 тысяч, среди экипажей медицинских вертолетов потери составили 113 человек на сто тысяч, у лесорубов этот показатель составил 109 человек, у авиапилотов – 80 человек, у сборщиков мусора – 39 человек, у кровельщиков – 29, у электромонтажников – 27 человек, у шахтеров – 26 человек, у водителей – 23 человека, а вот у полицейский и помощников шерифов, которые по идее стоят постоянно лицом к лицу с опасностью зафиксированы потери в 16 человек на сто тысяч.

Вопрос о риске военной службы достаточно подробно освещен на официальном сайте министерства обороны Великобритании. Военный власти Британии поясняют, что уровень риска может значительно отличаться от места дислокации и несения службы, не все военные профессии обладают одинаковым уровнем риска. Британские военные считают, что невозможно предсказать точный уровень риска в будущих военных конфликтах. Так, война за Фолклендские острова в 1982 году к всеобщему удивлению за очень короткий промежуток унесла жизни 255 человек на британской стороне.

Каждая военная специальность в армии несет в себе определенный уровень риска. Наиболее опасной работой в британской армии в 2012 году являлась должность стрелка в пехоте, где риск смерти или телесного повреждения был в несколько раз выше, чем в остальных вооруженных силах в среднем. Одним из объяснений такого распределения риска являются постоянные командировки британских пехотных частей в Афганистан.

Британские военные отмечают и другие военные специальности с повышенным уровнем риска, например, поиск и демонтаж взрывных устройств. Эксперты отмечают, что в армии можно найти рабочие места, которые связаны с меньшим уровнем риска, но невозможно найти работу, на которой вообще не было риска.

 Среди наиболее распространенных боевых рисков при развертывании британских войск в Ираке и Афганистане специалисты отметили, что около половины видели своими глазами раненых или убитых, а вот около трети военнослужащих ни разу не довелось с этим столкнуться. Около 15 процентов британских военнослужащих видели гибель или ранение своих товарищей. Около четверти британских военных лично переживали взрывы придорожных фугасов. Около половины попадали под огонь стрелкового оружия, около трех четвертей попадали под ракетный или артиллерийский обстрел. При этом такие события в основном происходили с военнослужащими, исполняющими должности на переднем крае, а вот в структурах обеспечения такие события были менее распространены.

В 2009 году в британской армии проходили службу 106380 сотрудников, из них 98 умерли во время командировки в Афганистан. 71 из этих смертей пришлось на пехотные части. Риск смерти для военнослужащих пехотных подразделений был в 12 раз выше, чем в среднем по остальным вооруженных сил. Британские военные отмечают, что помимо пехоты, уровень смертности в вооруженных силах в целом схож со средним по стране, при том, что медицинское обслуживание в армии находится на более высоком уровне.

При этом в период с 2009 года риск смерти в Афганистане для британских военных снизился незначительно.

Риск серьезной травмы в любых вооруженных сил, как правило, в два-три раза выше, чем риск смерти. В 2009 году, 508 британских военнослужащих были ранены в бою в Афганистане, 158 их этих ранений были серьезными или очень серьезными.

Риск получения психологической травмы в армии выше, чем риск физической травмы или смерти. Доклад британских военных, представленный в 2006 году показал, что около 4% личного состава вооруженных сил имели симптомы посттравматического стрессового расстройства (иногда называемый «контузия»). Риск получения был выше у войск, находящихся на боевом дежурстве (6%), чем при обычной службе (3%). Существуют и несколько других психологических проблем, которые связаны с воздействием войны; они включают в себя депрессию, наркозависимость, алкоголизм и проблем в семейных взаимоотношениях.

В качестве итога можно сказать, что большинство военнослужащих во всех вооруженных силах мира не испытывают серьезного физического или психического вреда в результате их работы, но их жизнь уже никогда не будет прежней. Все эти риски необходимо учитывать, как при поступлении на службу, так и при определении уровня оплаты труда военнослужащих.

автор статьи — Сергей Серков

 
Статья прочитана 1319 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Последние Твитты

Комментарии

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

по адресу электронной почты: info@voennovosti.ru «ВОЕННОВОСТИ.РУ».
Продвижение сайта | Zolos