ВВС США против Ирана. Есть ли варианты?

Гипотетическая военная операция западной коалиции против Ирана вероятнее всего начнется с массированного воздушного нападения. Может ли иранская армия оказать сколько-нибудь существенное сопротивление при условии господства противника в воздухе?

Рассмотрим ситуацию масштабного военного конфликта. Сразу выведем за скобки морально-психологическую составляющую и предположим, что власти Ирана приняли решение сопротивляться, и войска не были поражены «золотыми» бомбами, а предпочли иметь дело с самыми обычными: осколочными и фугасными.

Если вспомнить опыт ведения боевых действий против Ирака, то безвозвратных потерь иракская армия (в том числе и от действия авиации противника) понесла не так уж и много. Около 20 тысяч погибшими и 71 тысяча пленными не идут ни в какое сравнение с эпическими битвами Второй мировой войны. Даже самая успешная американская воздушная операция: «Хайвэй смерти», где было сожжено около 2 тысяч единиц боевой техники и транспорта, по сути, является разгромом всего лишь одной полнокровной мотострелковой дивизии советского образца. Всего же у Ирака, напомним было порядка 50 дивизий. Однако же в общей сложности войска коалиции в Ираке уничтожили около 2,4 тыс. бронемашин и 3,7 тыс. танков. Также существенный урон был нанесен по инфраструктуре. В Месопотамии было уничтожено 126 мостов, практически полностью прервано железнодорожное сообщение. Результатом воздушных операций также стало 8-кратное падение уровня выработки электроэнергии и прекращение функционирования систем военной и гражданской связи в результате уничтожения телеграфных и телефонных станций. Также 2003 год показал, что при наличии разведанных сил противника, скопившихся в установленных «дефиле» авиационная атака может выбить до 20-30% техники и личного состава. Длительное же авиационное воздействие на подразделение, запертого, например, между разрушенными мостами может привести к потере 80-90% боеспособности.

Специфика ведения боевых действий в Иране будет предполагать массированное перемещение войск по холмисто-гористой местности. Ситуацию осложняет и крайне малое количество растительности на ближневосточном театре военных действий.

Предположительно, что при ограниченном количестве дорог в пересеченной местности большой упор будет сделан на воздушное минирование путей передвижения. Такая тактика существенно снижает скорость передвижения колонн и повышает время эффективного воздействия авиации противника на технику и личный состав. При этом мины, распространяемые с помощью воздушных систем минирования не так то и просто убрать с путей движения. Так еще на 1990-й год авиационная мина BLU-91\B способна пробить 70-мм броню, а мина IFF производства ФРГ пробивает ту же 70-мм броню на расстоянии 50 метров. Такие характеристики должны предполагать особенные средства разминирования. Кроме того, тактика дистанционного минирования с применением авиации предусматривает изначальное применение фугасных авиабомб, после чего даже на асфальтовом покрытии образуются воронки с остатками покрытия и выбросами грунта. К противотанковым минам могут быть добавлены и обычные фугасные, но с заданным временем подрыва.

Естественной тактикой действия воздушных сил западной коалиции также будет нанесение ракетно-бомбовых ударов в «узких» местах на маршрутах передвижения.

Конечно, даже западной мощью накрыть одновременно все узкие места практически невозможно, так как помимо отсутствия информации о конечной цели движения противоборствующая сторона может использовать тактику противовоздушных засад а также маскировку критически важных мест. Для этого могут быть использованы легкие навесы, ложные цели в виде понтонных мостов, дымовые завесы. В условиях эмбарго на поставки современных средств ПВО (имеются в виду российские С-300) Иран в последнее время стал проявлять активный интерес к средствам радиоэлектронной борьбы. Характерным примером стала закупка Ираном российского комплекса РЭБ «Автобаза» и продолжающиеся контакты с российской стороной в этой сфере. Вполне возможно, что Иран заинтересуется комплексом «Накидка» российского производства. Сконструированный из специального теплоизоляционного материала он делает технику практически невидимой как в инфракрасном диапазоне так и для головок самонаведения, действующих на принципе радиолокации. Реализация таких комплектов маскировки не попадает под эмбарго и, поэтому поставки вполне вероятно. Пока же в Иране отсутствуют современные маскировочные средства, способные затруднить обнаружение техники и объектов в радиолокационном и тепловизионном диапазонах. Также на текущий момент количество современных средств РЭБ в Иране исчезающе мало и их количества хватит, скорее всего, для проведения диверсий, но не для организации полноценной обороны страны.

Скорее всего передвижение большого количества иранских войск колоннами протяженностью в несколько десятков километров будет с большой вероятностью вскрыто западными средствами разведки. На протяжении последних 20-и лет произошла настоящая революция, которая вывела на новый уровень развитие средств обнаружения и воздушного нападения. Прежде всего, это беспилотные летательные аппараты, в том числе и несущие полезную бомбовую нагрузку и сама нагрузка, полет которой корректируется с помощью навигационной спутниковой группировки.

У Ирана отсутствует серьезное мобильное ПВО. Все 29 единиц машин «Тор», поставленных из России находятся на обороне стационарных объектов. Их задача-максимум – это сохранить особо важные для государства объекты от ограниченного удара крылатыми ракетами.

При полномасштабном конфликте и атаке передвигающихся войск западная авиация может просто не снижаться до зоны поражения ПВО противника и использовать планирующие бомбы с лазерной или спутниковой коррекцией наведения. Однако иранская сторона может массированно применить против таких целей (управляемого оружия) переносные зенитно-ракетные комплексы с надеждой повредить их системы управления. Стоит отметить, что имеющиеся на вооружении Ирана ПЗРК представлены в основном комплектами китайского производства, которые по эффективности значительно уступают российской «Игле».

Впрочем, очевидно, что пассивная оборона со стороны Ирана может привести только к оттягиванию неизбежного конца. Для создания эффективной системы ПВО, способной противостоять современной воздушной мощи западных стран необходимо затратить средства, в несколько раз превышающие по объему цену собственно нападающих самолетов и их вооружения. Иран надеется на ассиметричный ответ, стремительно наращивая свой ракетно-ударный потенциал. Ставка наверняка будет сделана на применение РСЗО и ОТР из укрытий, короткими вылазками. Наибольшей угрозой для западной коалиции будет являться не встречный бой, в котором стандартная мотопехотная бригада США, скорее всего при поддержке авиации разделает стандартную же иранскую дивизию как бог черепаху, а массовый ракетный залп всеми типами ракет по всем достижимым целям. В список таких целей вполне могут попасть и гражданские объекты, такие как корабли в Ормузском проливе, нефтяные промыслы Персидского залива и расположенные в районе Кандагара и Баку базы НАТО. В дальнейшем такие удары будут повторяться по затухающей амплитуде. Несмотря на показное наращивание «конвенционного» оружия иранское руководство, скорее всего, понимает, что это путь при вооруженном противостоянии с Западом к успеху не приведет. Эксперты считают, что основные усилия Ирана направлены все-таки на развитие ракетных комплексов с целью их «ассиметричного» использования при вероятном конфликте. К тому же наземная операция невозможна без стадии предварительной подготовки. Любая страна, предоставившая свою территорию под плацдарм для западной коалиции, автоматически будет становиться законной целью для иранских ракет.

автор статьи — Сергей Серков

 
Статья прочитана 6256 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Последние Твитты

Комментарии

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

по адресу электронной почты: info@voennovosti.ru «ВОЕННОВОСТИ.РУ».
Продвижение сайта | Zolos