Ливийское ПВО в разрезе стратегии непрямых действий

Кратко о составе ПВО Ливии:

Французские «Кроталь» и иже с ними – не играют, понятно, что и Франция, и НАТО не имеют абсолютно никаких проблем с противодействием этим комплексам.

Неоднократные длительные эмбарго, накладываемые на Ливию международным сообществом, не позволили ей создать сколь-нибудь связную комплексную систему ПВО, а после развала СССР и слива всех бывших советских союзников, Ливия практически лишилась доступа к современным системам ПВО.

Бывшие лучшие европейские друзья Ливии – итальянцы, в системах ПВО не сильны, под вопросом остается только китайский компонент, однако на протяжении 90-х – первого десятилетия 2000-х, Китай и сам был в роли догоняющего в этой области, ситуация там поменялось буквально недавно, и вряд ли Китай успел поставить Ливии новейшие компоненты своих систем ПВО, а главное, китайские средства ПВО нигде и никогда не проходили ни проверку боем, ни длительной эксплуатацией – так что подобный компонент можно не рассматривать даже гипотетически.

Отсюда можно придти к предварительному выводу, что наиболее боеспособным компонентом ливийского ПВО является бывший советский компонент, разработки 50-х-70-х годов, прошедший глубокую модернизацию в 80-х – 90-х, и освоенный ливийцами на протяжении нескольких десятилетий.

Что представляет собой советский компонент ливийского ПВО?

Советское ПВО в Ливии – это, в основном, С-125 и С-200 разных модификаций. С-125 — маловысотный ближний, с возможностью работы по высотным целям, С-200 – высотный, дальний. Старые мобильные комплексы являются модификациями С-125, и разработками на его базе, их данные отличаются незначительно. Более-менее современные мобильные комплексы рассматривать не будем – есть прямой смысл в их сохранении.

ПВО Ливии располагают также неустановленным количеством ПЗРК «Стрела» и «Игла» разных модификаций, большей частью устаревших, мало актуальных к применению против современных ударных самолетов, и способных сыграть свою роль в качестве средства противодействия вертолетам и штурмовикам, если состоится наземная фаза операции.

Советская система проектировалась для войны с массированным применением ударных самолетов, в 50-е – 60-е годы. Зенитно-ракетные дивизионы в ней не есть «Вещь в себе», они являются частью общей системы.

Система построена по сетевому принципу, каждый дивизион располагает кабиной сопряжения, основное назначение которой – организация взаимодействия между дивизионами на аппаратном уровне, для наиболее эффективного распределения целей между дивизионами группировки ПВО, количество дивизионов в бригаде – более десяти, сопрягались дивизионы разных типов. Связь осуществляется через закрытые радиорелейные и проводные каналы, в некоторых модификациях комплексов предусматривалась возможность использовать телефонные сети для шифрованной передачи данных. Связь ЗРВ с РТВ (радиотехнические войска) по представлению ДВО (дальней воздушной обстановки), связь между дивизионами по радиорелейным каналам, распределение задач с помощью кабин сопряжения, данные командиру от собственной СРЦ (станция разведки и целеуказания), или кабины сопряжения, и только потом – работа СНР (станция наведения ракет), и пуск ракет по цели.

Подобная система позволяет вести стрельбу силами дивизиона по незаметно получаемым извне данным, задействуя собственные активные (то есть – обнаруживаемые немедленно, время подавления дивизиона складывается из времени реакции, времени перенацеливания, и времени выполнения атаки) радиосредства на минимальный промежуток времени, или вообще используя незаметный оптический канал ТВК.

Ливийские дивизионы получили ТВК наведения еще в 80-е годы, они освоены расчетами и неоднократно модернизированы. По открытым данным, в частности, по описаниям боевой работы при отражении налета 1986 года, можно придти к выводу, что поставляемые в Ливию комплексы, по крайней мере стационарные, комплектовались кабинами сопряжения и радиорелейной связью. Вывод о наличии или отсутствии аппаратуры передачи данных по телефонным сетям сделать не представляется возможным.

В Ливии эта система была дополнена радарными вышками на берегу моря, позволяющими вынести рубежи обнаружения маловысотных целей.

В условиях, когда связь между дивизионами нарушена, скрытность и боевая устойчивость, эффективность системы снижается на порядок, она едва ли способна раскрыть более 10% своих возможностей. А применительно к Ливии, связь нарушена – часть территории страны, особенно прибрежные регионы, контролируется «повстанцами», действует европейский и американский спецназ.

То есть, в данных условиях — этим компонентом ПВО можно грамотно пожертвовать, все равно толку от него будет немного, свою прямую задачу – прикрытие объектов – он не выполнит.

В качестве примера можно привести работу на тренажере Т15 в составе учебного дивизиона С-125 – одиночный дивизион, самостоятельно не в состоянии (не успевает) отразить налет без поступающих внешних данных, и нормально выполняет задачу при задействованной кабине сопряжения и поступающих по ДВО данных.

Итак, на основании вышеизложенного, есть ли возможность сорвать авиаудары по Ливии? Для этого нужно определиться, к чему чувствителен противник.

Вероятно, невосполнимые боевые потери – это — то единственное, что может остановить операцию НАТО.

На первый взгляд, есть возможности для действия из засад в качестве одноразовых, предпочтительно по ТВК. Потом сворачиваться и бежать, бросая все лишнее – однако в пустыне бежать некуда.

Срыв операции – нанесение невосполнимых потерь авиации НАТО, причем за короткий период.

Парадоксально, но — операция, по плану и задачам, должна иметь нелогичный формат встречного боя ПВО с авиацией противника, естественные задачи ПВО по прикрытию объектов на время операции должны быть сняты, задачей операции должно стать именно нанесение потерь авиации противника, потерь такого уровня, чтобы начались отказы от вылетов – подобное уже было, и при «Буре в пустыне», когда случайным образом получилось так, что потери за короткое время пришлись на ограниченное число подразделений, и массово это тоже было – например, отказ немецких пилотов совершать второй вылет в операции «Боденплятте», в обоих случаях потери летного состава были в основном вызваны действиями ПВО.

Способ – развертывание пассивной системы дальнего обнаружения, выноски ТВК с поврежденных дивизионов для обнаружения, задействовать кабины сопряжения, местная связь, работа по ТВК, стрельба последовательная по одиночным целям, залповая по групповым, один-два дня.

Пару десятков целей можно оприходовать, если не больше.

Американцы и европейцы будут вынуждены прекратить операцию – у них есть характерная черта, в конкретной разовой задаче они могут идти до упора, стремясь выполнить её невзирая на потери, однако, в тех же условиях повторять подобный вынужденный героизм никогда не будут – обязательно возьмут тайм-аут для выработки мер противодействия, и пока не будут уверены, что новый способ решения задачи минимизирует потери до приемлемого уровня, на те же грабли наступать не полезут. Плюс сам фактор чувствительности к потерям, плюс факторы СМИ, парламентов, гражданского общества.

А полученный тайм-аут может быть вполне достаточен законному правительству для восстановления контроля над ситуацией в стране.

После чего авиаудары в той же информационной модели происходящего потеряют смысл, и снова потребуется время для того, чтобы и создать новую информационную модель происходящего для оправдания бомбежек – что достаточно быстро, и внедрить ее в сознание собственного населения – а вот здесь от затрат времени никуда не деться.


Метки текущей записи:

 
Статья прочитана 4833 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Последние Твитты

Комментарии

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

по адресу электронной почты: info@voennovosti.ru «ВОЕННОВОСТИ.РУ».
Продвижение сайта | Zolos