ГЕНЕРАЛЫ В ШТАТСКОМ

1.04.2009

«Российская газета»

(автор статьи — Ю. Гаврилов)

По указу президента несколько высокопоставленных генералов военного ведомства поменяли свой статус — работу в минобороны они продолжат в качестве гражданских госслужащих.

Снимают погоны два заместителя министра — Николай Панков и Владимир Поповкин, а также пара генералов рангом пониже — начальник Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба Василий Смирнов и армейский кадровик Михаил Вожакин.

О принятом решении им вчера утром объявили в администрации президента. В аккурат перед этой встречей Смирнов рассказывал журналистам об особенностях весеннего призыва на военную службу и не скрывал, что очень спешит «по важному делу». Ближе к вечеру стало известно, куда так торопился генерал.

О серьезных изменениях в высшем командном звене Вооруженных сил еще полгода назад объявил министр обороны Анатолий Сердюков. В обновленной Российской армии нашлось место 886 из 1107 генералов. В разряд гражданских попали должности начальников некоторых управлений минобороны, штабов, видов и родов войск. Как теперь выясняется, этим военно-кадровый секвестр решили не ограничивать. Перемены, хоть и не столь радикальные, как увольнение на пенсию, затронули самую верхушку оборонного ведомства. Восемь постов заместителей министра обороны теперь ровно поделили военные и государственные служащие. Причем на долю гражданских замов достались такие ключевые сферы, как финансы, информационные технологии и связь, закупка вооружения и военной техники, кадровые и образовательные вопросы.

Последние остаются в ведении Владимира Поповкина и Николая Панкова. Начальник вооружения Вооруженных сил Владимир Поповкин по роду службы и прежде чаще общался с представителями оборонки, чем с коллегами-военными. А должность статс-секретаря фактически обязывала Николая Панкова к такому общению. Этот пост он, скорее всего, тоже сохранит за собой. За Панковым прочно укрепилась слава опытного дипломата, и вряд ли есть необходимость искать ему замену, когда заходит речь о взаимодействии военного ведомства с законодательными и исполнительными органами власти.

О том, что статус генералам поменяли, в том числе чтобы сохранить для армии действительно толковых руководителей, косвенно свидетельствует такой факт. Панкову и Смирнову под 60. Это предельный для военачальников возраст пребывания в армии. Продлять им службу может лишь президент. А государственные служащие по закону имеют право занимать посты до 65 лет. Владимиру Поповкину до этого возраста тоже работать и работать. Так что министру обороны по крайней мере в ближайшую пятилетку не придется просить Верховного главнокомандующего за своих гражданских замов.

ПЯТНА НА МУНДИРЕ

Госдума собирается ужесточить базовый армейский закон — «О воинской обязанности и военной службе».

Речь идет о поправках к 51-й статье документа, где перечислены основания для увольнения людей из Вооруженных сил.

Один из ее пунктов гласит, что кадровый военный может досрочно расстаться с погонами «в связи с вступлением в законную силу приговора суда о назначении военнослужащему наказания в виде лишения свободы условно». Думских оборонцев и их коллег из Совфеда не устраивает в этой формулировке слово «может». Оно оставляет лазейку для избежавших тюрьмы ворюг, взяточников, любителей кулачной дисциплины, которых на пушечный выстрел нельзя подпускать к солдатам и армейскому добру.

Сейчас их дальнейшую судьбу решает непосредственный командир. Решил он, что офицер или прапорщик еще пригодится на службе, — и тот остается в строю. Посчитал обязательным его увольнение — отправляет провинившегося на дембель. Последнее, заметим, случается нечасто. Как результат — более 2 тысяч условно осужденных за умышленные преступления кадровых военнослужащих по-прежнему руководят армейскими коллективами, занимаются призывом, отвечают за материальные ценности.

— Подобная порочная практика снижает доверие к офицерскому корпусу, негативно влияет на моральное состояние военнослужащих, — считает председатель Комитета Госдумы по обороне Виктор Заварзин.

Эту точку зрения поддерживают в Главной военной прокуратуре. Строго говоря, именно руководитель ГВП Сергей Фридинский впервые заговорил о порочности «условно-служебной» практики и необходимости избавлять армейский строй от запятнавших честь мундира. Еще два года назад он предложил скорректировать закон и в качестве аргумента привел тревожную статистику. В 2006-м из ранее осужденных условно офицеров 67 человек снова попались на преступлениях. Причем, как правило, аналогичных тем, за которые получили условный срок.

Поправки готовили два профильных комитета — в Госдуме и Совете Федерации. Как сказали корреспонденту «РГ» на Охотном Ряду, их наверняка рассмотрят до конца весенней сессии.

Корректировка закона не должна повлечь массовой зачистки офицерских рядов. Условные сроки ведь дают не только законченным негодяям. Его, к примеру, может получить участник автоаварии или превысящий свои полномочия командир. Поэтому поправки нужно адресовать лишь «условникам», осужденным за умышленные преступления.

Есть у этой проблемы и другая сторона. Часто офицеры, находясь под следствием, продолжают служить, руководить подразделениями. Представление следователя на их отстранение от должности для армейского начальства — не приказ, скорее, предложение. Кто-то к нему прислушивается, другие — отмахиваются. А разбор дела иногда длится многие месяцы. Все это время человек ходит на службу, командует людьми. И никто в высоких кабинетах не задумывается, какими глазами смотрят на такого руководителя подчиненные, какой урон это наносит базовому принципу военной службы — единоначалию. Чтобы не быть голословным, приведем только один пример. В декабре прошлого года военные следователи завели уголовное дело на военкома Москвы генерала Андрея Глущенко. Подозревают его в низком для офицера поступке. В 2004 году Глущенко подделал документы о своем участии в боевых действиях в Чечне. Трех дней на войне, подтвержденных фальшивым приказом, хватило, чтобы получить удостоверение ветерана боевых действий. Но, заимев «корочки», генерал не успокоился, захотел еще и денег. Настоящие ветераны выбивали их через суд, а Глущенко мучиться не пришлось — 78 тысяч «чеченских» рублей ему перечислили без проблем. Но вот удивительная ситуация — о «художествах» военкома много писала пресса, о них, естественно, знали его подчиненные. Но сдал дела, то есть фактически отошел от служебных дел, генерал только на прошлой неделе.

По закону человека нельзя назвать преступником до судебного решения. Это правильно. Но разве правильно, когда находящийся под следствием прапорщик-кладовщик продолжает воровать, а военком-взяточник — мздоимничать? Чтобы на время следствия они были обязательно отстранены от должности, тоже надо править закон.

Между тем

Кировский суд Ленинградской области вынес приговор группе офицеров-мошенников. Всего по делу проходили 23 человека, которые за два года по подложным документам продали оборудования для гарнизонных столовых на 6 миллионов рублей. Бывший замначальника продовольственной службы ЛВО полковник Владимир Олейник получил пять с половиной лет условного срока. Его четыре подельника тоже избежали реальной отсидки, а еще один фигурант вообще отделался штрафом.

 

 
Статья прочитана 1697 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Последние Твитты

Комментарии

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

по адресу электронной почты: info@voennovosti.ru «ВОЕННОВОСТИ.РУ».
Продвижение сайта | Zolos